Глібов Леонід Іванович Надя


Что страсти? Ведь рано иль поздно их сладкий недуг Исчезнет при слове рассудка. Лермонтов I

Без предисловий начинаю Простой, коротенький рассказ. Понравится ли вам – не знаю: В нем нет крикливых, длинных фраз, В нем нет геройских восклицаний, В нем нет ни клятв, ни заклинаний, В нем пистолета даже нет,- А просто маленький портрет Любви безумной и напрасной, Любви невинной и простой Души отчаянной, живой Во цвете юности прекрасной. У девушки в шестнадцать лет В любви рассудка, право, нет. II

В одной деревне отдаленной Помещик жил с своей семьей.

Он был доволен долей скромной И счастлив – доброю женой. Он был хозяин хлопотливый, Немножко, впрочем, прихотливый,- Но что же делать, господа, На то уж старые года!

Любил он часто на свободе Поговорить, похохотать, Любил журналы он читать И предсказанья о погоде. И мирно вел он дни свои В приюте неги и любви. III

Жена была добра, радушна, Любила мужа всей душой, Во всем была ему послушна… А с доброй, милою женой, Друзья! кто счастия не знает? Скажите: кто не пожелает, Чтоб у него была жена И с добрым сердцем, и умна?. Быть может, кто меня осудит, В особенности же мужья, Что выставил в рассказе я Жену не злую?.

Пусть

же будет Наперекор вам! Ведь не все ж Нам говорить одно и то ж!. IV

Но полно! Много говорил я, А очень мало занял вас И уж совсем было забыл я Про Надю милую рассказ. Вы, без сомнения, хотите Узнать портрет ее? Спешите, Спешите, добрые друзья! Портрет тотчас срисую я. Она, душа моя, с издетства Осталась круглой сиротой.

И сладить с горькою судьбой, Бедняжечка, не знала средства: Везде, везде – одна печаль, А будущность темна, как даль. V

Она осталась сиротою Среди бесчувственных невежд, Одна, убитая судьбою, Одна, без счастья, без надежд. Тогда помещик, нам знакомый, Святыми чувствами влекомый, Решился сироте помочь – И Надю взял к себе как дочь. Любили Надю и ласкали, Учили Надю петь, играть, Или, короче вам сказать, Прекрасно Надю воспитали… Да!

Главное забыл сказать: Умела en français [1] болтать. VI

Но время детства миновало – Пришел шестнадцатый годок, И Наденька не та уж стала: Ей начал нравиться лесок Уединенный для гулянья, И ночью при луне мечтанья, И тихий вечер у ручья, И в роще песни соловья. А иногда в саду украдкой, Каких-то тайных дум полна, Любила прочитать она Роман чувствительный и сладкий. И часто, в упоенье грез, Читала Надя не без слез. VII

Ах, как была прелестна Надя В минуты эти! Сколько раз Я, на нее безмолвно глядя, Не мог отвесть безумных глаз. Таких очей, как те, едва ли Вы где-нибудь, друзья, встречали.

В них все – поэзия, любовь, И все – на что нет даже слов. Как часто я, на Надю глядя, С тоскою думал: счастлив тот, Кто Надю другом назовет, Кому женою будет Надя. Да, я, друзья мои, мечтал – И мне, как вам, бог сердце дал. VIII

И вряд кому бы можно было Не призадуматься порой, Любуясь Наденькою милой. Какою чудною красой Блестят ее живые очи! Для глаз – они темнее ночи.

Но для души – светлее дня. Как много в них любви, огня! Но тут скажу я с сожаленьем, Что милой Наденьки портрет Окончить, право, силы нет; А вы, друзья, воображеньем Его докончите. Потом Я расскажу вам вот об чем: IX

Вдруг Надя что-то загрустила. Быв резвой девочкой, она Уединенье полюбила, Чего-то сделалась скучна. Но кто же был тому виною, Что Надя сведалась с тоскою? В ответ не много нужно слов: Виновница тому – любовь.

Да, Надя крепко полюбила Учителя, который жил Там, у помещика. То был Студент, которого лишила Судьба недобрая всего, Покинув с горем одного. X

Он пригляделся бедной Наде. О нем тоска, о нем мечты… В его давно потухшем взгляде Так много было красоты, А он? И он любви отдался. Лишь только с Надей повстречался, В его душе проснулась вновь В тоске уснувшая любовь.

Раз Наденька, в саду гуляя, Зашла в беседку… Вдруг глядит – На круглом столике лежит Пред ней бумажка голубая… Взяла – и вспыхнуло лицо: Он написал к ней письмецо. П и с ь м о

“Забытый счастьем и друзьями, Покинул я холодный свет. Я думал с горькими слезами, Что для меня уж счастья нет. Томился я тоской, сомненьем, Лелеял горькие мечты…

Но мне отрадным утешеньем, Мой милый друг! Явилась ты. И с той поры люблю я страстно, От всей души тебя люблю!

Люблю… Но, может быть, напрасно… Я об одном тебя молю: Скажи, утешь мои страданья, Скажи: ты любишь ли меня? Иль недостоин я вниманья? Иль в мире вновь останусь я Скитальцем, счастия не зная, Один, как прежде, сирота?

Иль я, тоскуя и страдая, Проплачу юные лета? Мой друг! Пойми мои моленья, Мою глубокую печаль, Сгони с души моей сомненья… Ужель тебе меня не жаль?” XI

И долго Надя просидела В каких-то сладостных мечтах. В глазах ее слеза блестела, Дрожало письмецо в руках. Нашла она кусочек мелу И написала там несмело, Боясь, дрожащею рукой Ответ: “Люблю тебя, друг мой!” Студент с тоскою распрощался, Настали радостные дни!

В беседке той сошлись они – И первый поцелуй раздался… О Надя, Надя! Брось мечты: Что ждет тебя – не знаешь ты! XII

Случилось то, чего не ждали: Пришла несчастная пора – Проказы Надины узнали, “Monsieur 2 прогнали со двора”. Теперь скажу, о мой читатель, Хоть друг ты мне, хоть неприятель, Что этим кончил я рассказ. “Как кончил! – вскрикнут мне тотчас – А Надя что же?

Разлюбила?” Сначала плакала тайком За милым другом, а потом Со временем и позабыла… Так, может быть, читатель мой, Уже забыли нас с тобой. 1846

______________ 1 По-французьки (франц.). – Ред. 2 Пана (франц.) – Ред..



Глібов Леонід Іванович Надя